Учёные советуют научную фантастику: 17 книг, которые стоят того

Учёные советуют научную фантастику: 17 книг, которые стоят того

В словосочетании «научная фантастика» не зря присутствует слово «научная»; у этого литературного (а затем кино- и так далее) жанра всегда были особые отношения с наукой: реальные учёные вдохновлялись научной фантастикой, вымыслы классических авторов в итоге воплощались в жизнь, и к фантастическим книгам критики нередко подходят с реалистичной, научной точки зрения — и судят их по соответствию реальной науке.
Поэтому Look At Me показалось логичным спросить у реальных учёных об их любимых научно-фантастических романах.

Николай Кукушкин, биолог

«В сказке законов нет — весь мир полностью зависит от воли автора. Поэтому сказка в преломлении к реальности имеет очень ограниченное применение: образное, метафорическое, эмоциональное. Научная фантастика — это литературный эквивалент такого понятия, как мысленный эксперимент. То есть все законы — физические, биологические, социальные, в отличие от сказки, здесь присутствуют. Но с чётко оговорёнными изменениями. Всё как обычно, но вот войну выиграли фашисты — давайте посмотрим, что от этого будет по-другому. Именно поэтому, мне кажется, действие в научной фантастике часто разворачивается в будущем: будущее проще мысленно видоизменить, не нарушая при этом общей картины мира. Как учёному научная фантастика мне интересна именно как мысленный эксперимент. А что если будет так, а не эдак? Что изменится, если прилетят инопланетяне? Что изменится, если летать со скоростью света? В этом смысле всё популярное объяснение теории относительности Эйнштейна — типичный научно-фантастический роман (летал, например, один космонавт двадцать лет к далёким звёздам, а вернувшись молодым и бодрым, обнаружил дома состарившегося брата-близнеца — это ж какая драма!).

Филип К. Дик «Мечтают ли андроиды об электроовцах?»

Я занимаюсь работой мозга и постоянно сталкиваюсь с вопросами, которые большинству людей, наверное, кажутся исключительно философскими. Где заканчивается мышление и начинается рефлекс? Отличается ли принципиально человек от животного? А от робота? А что если заменить каждый нейрон на металлические детали, точно воспроизводящие физические свойства клетки? В «Андроидах» Дика это главная тема: имеем ли мы право проводить черту между собой и чем-то, что выполняет те же самые задачи иными способами? Мне всегда особенно вспоминается одна сцена из книги. Главный герой, Рик Декард (фамилия подозрительно напоминает одного француза, который мыслит, следовательно, существует) ссорится с женой и, стоя над прибором, который в книжке называется «органом настроения», решает, что выбрать: подавление злости или её усиление — чтобы выиграть спор. На что жена с угрозой предупреждает: если выберешь ярость, я тоже её выберу. Сегодня мы фактически стоим у порога создания «органа настроения». Медикаментами можно подавить депрессию. Точечной микростимуляцией мозга можно вызвать такие сложные и конкретные эмоции, как, например, решимость перед лицом опасности. Простым электродом над левой бровью можно улучшить память и повысить внимание. Мы постепенно покрываем себя устройствами, которые регистрируют, а в будущем наверняка смогут и модифицировать, все наши физиологические показатели. На каком этапе мы станем скорее андроидами, чем людьми? И есть ли вообще смысл в таком разделении, или наше «я» — исключительно виртуальное понятие? Я лично склоняюсь к последнему варианту. Дик, мне кажется, тоже.

Олдос Хаксли
«О Дивный новый мир»

В сущности, тот же самый вопрос, только касающийся не нервной системы и сознания, а организма в целом: до каких пределов мы можем воздействовать на свою биологию, при этом оставаясь людьми? «О дивный новый мир» обычно считают антиутопией. Суть там в следующем: люди настолько продвинулись в науках, что создали идеальный мир, где детей клонируют, выращивают в инкубаторах и загодя программируют на выполнение определённых задач. Альфы — элита, занимающаяся интеллектуальным трудом, беты — чуть похуже и так далее вплоть до эпсилонов, которые используются фактически как рабы. Ужас. Но все довольны! Ну, кроме главного героя, конечно. Люди едят специальный безвредный наркотик, который решает все эмоциональные проблемы, и живут припеваючи. Эпсилоны не могут быть альфами ни физически, ни психологически — да и не хотят они альфами быть. Мир просто разделён на разные сферы труда, и всё вместе работает прекрасно. Единое государство, никаких войн, никаких проблем. Но идея такого евгенического будущего щекочет нервы. Хаксли не знал даже про ДНК, не говоря уже о тех колоссальных успехах генной инженерии, которые произошли за последние восемьдесят лет. Если бы человеческое общество задалось такой целью, то «О дивный новый мир» сейчас можно было бы воссоздать очень близко к тексту — а лет через десять-двадцать и вовсе дословно. Есть множество причин, по которым мы не будем этого делать, но не упускаем ли мы чего-то важного? Хаксли мне всегда нравился своей отстранённостью: в «1984» Оруэлла нет особых колебаний по поводу того, что хорошо, а что плохо. «О дивный новый мир» вроде как ужасный и тоталитарный, но как можно спорить с всеобщим счастьем?

Стивен Кинг «Долгий джонт»

Смешно, конечно, ставить Кинга рядом с Диком и Хаксли, но «Долгий джонт» я прочитал лет в двенадцать и с тех пор думаю о нём просто постоянно. Ни одного другого рассказа из сборника не помню даже примерно, а вот «Джонт» — да. Там изобрели способ телепортации (джонт), который работает только под анестезией. Если человека телепортировать в сознании, то он либо сразу умирает, либо сходит с ума. Суть в том, что тело перемещается быстро, а сознание ползёт от Земли до Марса целую вечность. Но если сознание отключить, то человек ничего не замечает. Эта история мне напоминает эдакий американизированный и футуристический дзен-коан. Своего рода вопросительная медитация на тему нейробиологии. Можно ли отделить сознание от тела? В каком пространстве и в каком времени оно существует? Это далеко не так очевидно, как кажется. Существуют вполне обоснованные точки зрения на сознание как особую физическую величину. Вот есть масса, а есть сознание: оно в какой-то форме присутствует и у человека, и у кошки, и даже у стола или электрона. Это не значит, что электрон знает, что он электрон, но если бы мы вдруг стали электроном, то что-то мы бы ощутили. Это гипотеза, помимо которой существует много других. Понятно только одно: всё, что мы знаем о своём «я», — это просто катастрофическое упрощение. Телепортация путём переползания спящего сознания из одной точки в другую — на этом этапе это может быть как бредом, так и гениальной идеей. Если бы сказали кому-нибудь двести лет назад, что время на горе течёт быстрее, чем под горой — они бы рассмеялись вам в лицо. Сейчас без этого знания не работал бы ни один GPS-навигатор. Рассказ я люблю ещё и потому, что прочитал его на русском и добрые пятнадцать лет считал, что в оригинале «долгий джонт» должен быть аллюзией на «длинный джойнт». Но выяснилось, что называется рассказ просто „Jaunt“ и к рекреационной марихуане отношения не имеет ровно никакого».

Дэн Симмонс, тетралогия «Гиперион»

ЙОХАНАХАН КОЛУДАР
биолог

«Межпланетные путешествия через нуль-Т порталы, интергалактическое государство Гегемония Человека, раса искусственных интеллектов с собственной, странной политикой и подковёрными играми. Любой из идей, которыми эта книга просто нашпигована, хватило бы на отдельный роман. Клоны всех известных деятелей за всю историю, раса людей, которая изменила себя генетически до полной неузнаваемости, десятки планет — каждая со своей культурой, все из которых имеют хорошо прослеживаемые истоки в нашем времени. Ко всему этому добавляется очень странная мистика, которая, однако, полностью вписывается в научно-фантастические рамки. Примерно так же было бы, если бы Дэвид Линч снял «Звёздные войны» по мотивам «Космической одиссеи» Кубрика.

Фрэнк Герберт, серия романов «Дюна»

Более продуманного будущего человечества я не встречал ни в одной другой книге. После всевозможных войн машин против людей, машин против машин, людей против самих себя и других людей, наступает более-менее светлое будущее. Человечество расселилось, а ставшие почти отдельным подвидом математики используют уникальный наркотик, спайс, для межзвёздной навигации. Кроме них спайс используют «Бене Гессерит» — тайное общество, членов которого все считают ведьмами, высшие эшелоны власти, устроенной по аристократической модели, да и вообще все, у кого есть деньги, чтобы многократно усилить свои умственные способности. Так повелось, что спайс есть только на одной планете — Аракисе, также известной как Дюна. Тот, кто контролирует Дюну, контролирует Галактику. Пожалуй, более влиятельным произведением фантастики (sensu lato) двадцатого века является только «Властелин колец». «Дюной» мы обязаны «Звёздным войнам», Дюну же можно узнать в «Игре престолов». В первой экранизации должны были принимать участие Сальвадор Дали, Мик Джаггер, Орсон Уэллс, Pink Floyd и Ганс Гигер. Фильм прогорел, отрисованные для него концепты распродали, и целый набор научно-фантастических фильмов появился на их основе. В России, по идее, книга должна бы продаваться в целлофане и с наклейкой. Основа сюжета ведь — борьба за наркотик.

Клиффорд Саймак, серия рассказов «Город»

«Город» начинается в недалёком будущем, а заканчивается почти через тысячу лет, когда последние люди вошли в стадию анабиоза, чтобы из неё больше никогда не выйти, потому что устали жить. За это время успевает произойти совершенно всё, что только возможно. При этом книга удивительно сочетает гуманистический посыл, уверенность, что люди в конце концов проиграют битву с самими собой, и юмор. В одном рассказе люди улетают исследовать Юпитер, пересадив свой мозг в тело, имитирующее местных животных. И выясняют, что их жизнь гораздо лучше человеческой. В другом — животные обретают способность говорить и создают собственное общество, в которое человек входит наравне со всеми. Стоит также отметить, что все рассказы повествуют о членах одной семьи, а всю историю комментируют потомки их псов (это не опечатка, действительно псов, Canis lupus familliaris).

Пирс Энтони, дилогия «Хтон»

Роман — предшественник «Хроник Риддика». Лучший во всём, кроме того, что это книга, а не фильм. Хтон — планета-тюрьма, где заключённые добывают редкую разновидность граната, меняя его на еду. Планета испещрена ходами. Тех, кого осуждают на заточение на Хтоне, ожидает вечная жизнь в этих ходах, почти без света, среди жуткого жара, который исходит от ядра, и по соседству с разнообразными монстрами. Последние продуманы совершенно потрясающе, по-лафкрафтовски жуткие, но при этом удивительно живые, можно представить, что они появились в результате эволюции.
Причина заточения главного героя раскрывается на первой же странице. Миньонетка. Что это значит, становится понятно лишь под самый конец. Главы, посвящённые Хтону, чередуются с главами, в которых рассказывается предыстория происходящего, — жизнь человека такого далёкого будущего, когда уже забыли, как вообще жили на Земле. Жизнь, в которой инопланетные цветы, — лучшие питомцы, а генетически созданные идеальные жёны — худшее проклятье.

Продолжение: http://www.lookatme.ru/mag/how-to/tops/207819-scienti..

Загрузка ...